Детектив Конан: Дело о таинственной стене и чёрном лабрадоре

В токийском парке Аракава находят тело пожилого антиквара. Рядом с ним — чёрный лабрадор, который не отходит от трупа и глухо рычит на всех, кто приближается. Инспектор Мегуре вызывает Конана, но на месте уже работает детектив из соседнего участка — Саката, известный своей нелюбовью к «чужим» и скептическим отношением к детям. Саката быстро закрывает дело: якобы антиквар поскользнулся на мокрой листве и ударился головой о бордюр. Однако Конан замечает странную деталь: на стене за скамейкой, где нашли тело, есть свежие царапины, а шерсть лабрадора в нескольких местах слиплась от чего-то липкого и сладкого. Пёс явно что-то знает, но ведёт себя агрессивно, не подпуская никого к определённому участку стены.

Конан решает действовать через дочь антиквара, Юки, которая приезжает забрать собаку. Лабрадор по кличке Куро внезапно успокаивается рядом с ней, но стоит кому-то из полицейских подойти к стене — снова заходится лаем. Ночью Конан и профессор Агаса пробираются в парк. С помощью увеличительного стекла и ультрафиолетового фонаря они обнаруживают на стене едва заметные следы пальцев, оставленные чем-то жирным, и крошечные частицы старого лака. Агаса вспоминает, что антиквар незадолго до смерти купил на аукционе редкую шкатулку эпохи Мэйдзи с секретным замком. Конан понимает: убийца забрал шкатулку, но не смог открыть её на месте, а стена использовалась как импровизированный стол. Лабрадор охранял место преступления, потому что чувствовал запах хозяина и чужой страх. На следующий день Конан подстраивает встречу всех подозреваемых в парке. Куро срывается с поводка и бросается на одного из коллег антиквара — молодого оценщика, который уверял, что в день смерти был в другом городе. В его сумке находят шкатулку, а на пальцах — следы того самого лака. Оказывается, оценщик хотел украсть реликвию, но антиквар застал его врасплох. В завязавшейся борьбе старик упал, ударившись головой. Пёс всё это время ждал, что кто-то расшифрует его сигнал — царапины на стене, оставленные когтями в отчаянной попытке указать на истинного преступника.